Техника и вооружение 2004 12

Техника и вооружение 2004 12

Техника и вооружение 2004 12

   Научно-популярный журнал (согласно титульным данным). Историческое и военно-техническое обозрение.

Техника и вооружение 2004 12

   ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ вчера, сегодня, завтра
   Научно-популярный журнал
   Декабрь 2004 г.

   На первой странице обложки, боевой вертолет Ка-50 на учениях «Рубеж-2004».

Воздушная оборона столицы Польского княжества 1914–1915 гг. (часть II)

   полковник А. Дашков Научный сотрудник Военного университета ПВО
   полковник в отставке В. Голотюк

   Принятый в конце января 1915 г. австро-германский план военной кампании предусматривал проведение на Востоке решительных действий с целью разгрома русской армии и захвата значительной части территории Российской империи. Планировалось в результате двух ударов по сходящимся направлениям (с севера — из Восточной Пруссии, и юго-запада — из района Карпат) создать так называемый «польский мешок», где окружить и уничтожить большинство русских войск. Конечной же, целью была полная капитуляция России и выход ее из войны.
   В военной кампании 1915 г. еще большее значение приобретала борьба за крепости, которые уже в основном потеряли черты, присущие им ранее, и приобретали характер укрепленных районов. В этой связи воздушному флоту отводилась роль ударных сил, способных по своей боевой мощи конкурировать с артиллерией. В качестве ответных мер предпринимались шаги по совершенствованию имеющихся на Восточном фронте первичных элементов воздушной обороны важных военно-административных центров и группировок войск.

   Передислокация противоаэропланной батареи на новую позицию. Район г. Варшава. Май 1915 г.

Воздушная оборона Варшавы (январь — июль 1915 г.)

   2 января 1915 г. начальник Варшавской крепостной артиллерии полковник П.А. Глазков 1* обратился к командиру 27-го армейского корпуса с рапортом: «При штабе вверенного Вам корпуса состоит авиационный отряд, имеющий задачей борьбу с аэропланами противника, действующими над Варшавой, и совместно (так в тексте) работу с батареями временно вверенной мне крепостной артиллерии. Для успешности стрельбы при таких условиях необходимы четыре дальномера Цейса или Барра и Струда, о назначении коих прошу ходатайствовать» 2*.
   Дополнительно в тот же день П.А. Глазков разъяснил начальнику штаба армейского корпуса существующую организацию службы авиационных отрядов в районе Варшавы, предварительно согласованную с руководителями авиации. Согласно установленному ранее порядку, авиационные отряды должны были вести борьбу с германскими аэропланами в районе города, не удаляясь от его окраин на расстояние более 7,5 км. При этом готовность к вылету у нашего аэроплана (при нахождении в ангаре) составляла 15 минут (с получением сведений о появлении противника). С целью раннего обнаружения вражеских летательных аппаратов и встречи их на дальнем рубеже от города предлагалось выдвинуть разведывательные посты на 44 км от окраин Варшавы. Посты должны быть снабжены оптическими средствами наблюдения (биноклями) и связи.
   Для исключения открытия огня по нашим аэропланам предусматривалось заранее оповещать о каждом их прилете в Варшавскую авиационную роту и Управление крепостной артиллерии. При подходе к городу высота полета не должна была превышать 1000 м. При этом сам полет воздушного судна выполнялся зигзагообразно с умышленным качанием (креном) аппарата. По мнению П.А Глазкова, совместная работа противоаэропланных батарей и авиационных отрядов по воздушному противнику могла обеспечиваться наличием на батареях особых вспомогательных средств (дальномеров и тахоугломеров). Без дальномера батареи могли стрелять при дистанциях между аэропланами лишь до 4,4 км. Это значительно повышало риск обстрела собственных воздушных судов при нахождении их в воздухе одновременно с противником 3*.
   5 января после соответствующего телефонного указания со стороны штаба 27-го армейского корпуса полковник П.А. Глазков представляет в его адрес более обстоятельный рапорт.

   3-дм артиллерийское орудие обр. 1902 г., приспособленное для зенитной стрельбы. Район г. Варшава. Май 1915 г.

   Из рапорта полковника П.А. Глазкова начальнику штаба 27-го армейского корпуса 4*
   Вследствие Вашего приказания представляю данные об организации службы авиационных отрядов, назначенных для борьбы в районе г. Варшавы с германскими аэропланами и прошу зависящих распоряжений. При этом, принимая во внимание: 1) что до назначения в Варшавскую крепостную артиллерию дальномера противоаэростатные батареи последней ввиду неточности стрельбы без дальномеров вести огня, когда наши аэропланы в обстреле батарей, не могут; 2) что использование аэропланов для целеуказания батареям крепостной артиллерии — задача второстепенная; 3) что организация борьбы в воздухе между нашими и германскими аэропланами требует специальной подготовки в авиационном деле, каковой у меня нет и каковая отвечает специальности командира Варшавской авиационной роты подполковника Гинейко 5*, прошу распоряжения о передаче дальнейшего ведения дела по принадлежности подполковнику Гинейко.
   К рапорту был приложен перечень разведывательных постов Варшавской крепостной артиллерии и назначаемых от авиационных отрядов с указанием пунктов их размещения. Таких постов было показано 20 (из них от артиллерии / 6, от авиации — 14). В примечании к перечню указывалось, что в ведении крепостной артиллерии разворачивались также разведывательно-наблюдательные посты. Рапорт аналогичного содержания полковник П.А. Глазков представил и коменданту города Варшавы и Александровской цитадели генерал-лейтенанту А.Ф. Турбину 6* с проектом Инструкции Варшавскому авиационному отряду и Варшавской крепостной артиллерии для охраны города Варшавы и трех городских мостов от неприятельских набегов воздушных аппаратов 7*.
   Результатом рапортов полковника П.А. Глазкова в вышестоящие инстанции стало распоряжение войскам 27-го армейского корпуса, отданное 10 января 1915 г.

   Германский аэродром на Восточном фронте.

   Сбитый германский самолет.

   Из приказа командующего 27-го армейского корпуса от 10 января 1915 г. № 13 8*
   Во исполнение приказания Главнокомандующего армиями Северо-Западного фронта (телеграмма № 6738) организовать борьбу с германскими аэропланами в районе города Варшавы на нижеследующих основаниях.
   Для борьбы с аэропланами назначаются отряды 9*: а) штабс-капитана Грезо с двумя Вуазенами и б) поручика Воеводского с четырьмя «Моранами» типа «Ж». Общее руководство действиями обоих отрядов и заведывание ими возлагается на командира 2-й авиационной роты подполковника Гинейко, которому озаботиться: а) размещением и службой авиационных отрядов; б) организацией наблюдения за неприятельскими аэропланами (расположение наблюдательных пунктов и их связь с дежурными аппаратами на Варшавском аэродроме)…
   Подполковнику Гинейко ознакомиться с расположением противоаэропланной артиллерии Варшавской крепости, находящейся в распоряжении полковника Глазкова, и совместно с последним установить согласованность в действиях авиационных отрядов и противоаэропланной артиллерии…
   Начальник штаба генерал-майор Некрашевич 10*.
   Общее руководство воздушной обороны Варшавы непосредственно возлагалось на командира корпуса. В то же время ведущую роль в ее организации играл лично полковник П.А. Глазков. В его адрес шел поток директивных указаний из вышестоящих инстанций о повышении готовности к отражению налетов неприятельских аппаратов на Варшаву. В этой связи войска и военные учреждения (включая штаб Северо-Западного фронта), дислоцирующиеся в городе, а также местное население неоднократно предупреждались о необходимости соблюдения «по примеру Парижа и Лондона» светомаскировки 11*. Позднее генерал-губернатор обратился к населению города с просьбой о соблюдении мер безопасности при обстреле артиллерией воздушных судов противника, появляющихся в черте Варшавы.
   Из обращения генерал-лейтенанта А.Ф. Турбина к жителям Варшавы от 17 февраля 1915 г. 12*
   При полете над городом Варшавой неприятельских цеппелинов или группы аэростатов они будут обстреливаться из орудий, расположенных около Цитадели. Во избежание возможных поражений от осколков и шрапнелей артиллерийских снарядов предлагаю населению города Варшавы во время такой стрельбы не оставаться на улицах, дворах, площадях и вообще на открытых местах, а укрываться в помещениях.
   Чтобы дать возможность населению вовремя укрыться до начала стрельбы боевыми снарядами, первые три выстрела будут произведены холостыми патронами.
   Начальник гарнизона г. Варшавы генерал-лейтенант Турбин.
   Заботясь о безопасности варшавян, в марте 1915 г. полковник П.А. Глазков обратился к начальнику артиллерийских снабжений армий Северо-Западного фронта с рапортом о необходимости изъятия из подчиненных частей и передаче в другие части зажигательных пуль, ранее присланных в крепостную артиллерию. По его мнению, стрельба такими пулями представляет большой риск и не может быть применима в густонаселенной мирными жителями местности.
   Тем временем в области артиллерии продолжалась работа по совершенствованию ранее созданной зенитно-артиллерийской обороны города. Так, в приказе по 82-й пехотной дивизии за № 95 от 25 января 1915 г. настоятельно рекомендовалось в каждой полевой батарее, расположенной в районе Варшавы, иметь специальные приспособления для стрельбы по воздушным целям из полевых орудий (обр. 1900, 1902 гг.) конструкции капитана Радвилловича. Его станки по своим техническим параметрам имели значительное преимущество над принятыми на вооружение поворотными рамами генерала Розенберга. В дальнейшем Главное артиллерийское управление определило размещение установок Радвилловича на фронте из расчета по две на каждую артиллерийскую бригаду и отдельную дивизию.
   Для своевременного принятия мер по отражению налетов воздушного противника командующий войсками 27-го Варшавского армейского корпуса установил порядок докладов по вопросам воздушной обороны города. Так, срочные донесения было предписано присылать в штаб корпуса к 6 часам вечера, экстренные же — в любое время. В срочные донесения также были включены и сведения о полетах своей авиации, произведенных в течение дня с Варшавского аэродрома.
   Важную роль в усилении зенитно-артиллерийской обороны Варшавы сыграла Отдельная автомобильная батарея для стрельбы по воздушному флоту (командир — капитан В.В. Тарновский), прибывшая 14 марта 1915 г. из Царского Села в распоряжение коменданта города. Подробно ее боевой путь был изложен в статье «Новатор русской зенитной артиллерии», опубликованный в «ТиВ» в конце 2003 — начале 2004 г.
   К сожалению, организация согласованных действий противоаэропланных батарей с авиацией гладко выглядела лишь на бумаге. При отражении налетов немецких аэропланов оповещение артиллеристов о действиях летчиков фактически не соответствовало требованиям четкого боевого взаимодействия. В связи с этим полковник П.А. Глазков обратился к начальнику Варшавской авиационной роты: «Неправильная передача по телефону сведений о полете трех аэропланов вчера… и отсутствие предупреждений нас, как то условлено, что вчера производились опыты с аэропланами на высоту, могли иметь последствием большое несчастье, стрельбу по своим. Прошу Вас не отказать в выяснении, кто ввел в заблуждение командира батареи, и о наказании виновного» 13*.
   Командиру авиационной роты был представлен рапорт и его подчиненного — заведующего Варшавским аэродромом штабс-капитана Александрова, который докладывал, что «в артиллерию не сообщалось, что наши аппараты производят пробные полеты на высоту, ибо они вылетали по телеграммам о нападении на Варшаву неприятельских аппаратов… Ввиду присутствия на аэродроме 18-го с/ч Его Императорского Высочества Великого князя Александра Михайловича и генерала барона Каульбарса 14* я, по приказанию Вашему, находился все время при Вас и лично следить за правильностью донесений возможности не имел» 15*.
   В том, что необходимого порядка взаимоотношений авиаотрядов Варшавской авиационной роты и крепостной артиллерии не установлено, великий князь Александр Михайлович 16* убедился, лично присутствуя на аэродроме и при встречах с комендантом Александровской цитадели. В связи с этим 22 января 1915 г. он предложил на решение Ставки: «1) нештатному отряду особого назначения придать штат полевого отряда и наименовать 2-м полевым отрядом, оставив начальником его штабс-капитана Грезо. 2) нештатный отряд, сформированный под начальством поручика Воеводского для охраны г. Варшавы, переформировать в 5-й полевой отряд с оставлением того же начальника».
   По руководству Варшавской авиационной ротой в тот же день он определил: «Ввиду беспорядков, найденных в мастерских 2-й авиационной роты в гор. Варшаве и малой производительности их работы, что должно быть объяснено незнакомством командира роты подполковника Гинейко с материальной и технической стороной авиационных частей, так как он по своей предыдущей службе воздухоплаватель. Желательно отчислить его в запасный воздухоплавательный батальон… Командиром на открывающуюся вакансию может быть предложен начальник 9-го авиационного отряда штабс-капитан Воротников 17*» 18*.
   3 февраля подполковник Гинейко был отстранен от должности командира 2-й авиационной роты, но временно оставлен в прикомандировании к роте 19*. Несколько позднее нештатный авиационный отряд под начальством штабс-капитана Грезо, переименованный во 2-й армейский авиационный отряд, был переведен для выполнения особых задач. Отряд под начальством поручика кавалергардского Её Величества государыни императрицы Марии Федоровны полка Воеводского Николая Степановича, переименованный в 5-й армейский авиационный отряд, остался для воздушной охраны города Варшавы. Военными летчиками в отряде кроме начальника отряда были штабс-капитан Резниченко, поручики Станюкович и Хризосколео.

   Аэродром русского авиационного отряда.

   Метание немецким летчиком авиабомбы.

   Командир 2-й авиационной роты (позднее — 2-го авиадивизиона) капитан А.С. Воротников.

   Генерал-квартирмейстер штаба Ставки ВГК генерал-майор М.С. Пустовойтенко.

   Заведующий авиацией армий Северо-Западного фронта (1914–1915 гг.) генерал от кавалерии барон А.В.Каульбарс.

   Однако и после замены руководства в авиационной роте настоящего взаимодействия летчиков и артиллеристов в районе Варшавы добиться не удалось. В результате продолжающихся разногласий полковник П.А. Глазков 1 марта 1915 г. был вынужден вновь обратиться к авиационному руководству.
   Из обращения полковника П.А. Глазкова 20*
   Начальнику авиационного отряда, охраняющего г. Варшаву от германских аэропланов № 1216. Во избежание могущих последовать печальных недоразумений из-за неисполнения руководящих указаний обращаю Ваше внимание на следующее.
   1) В течение около месяца командиры противоаэропланных батарей не могут добиться назначения двух-трех дней, в которые Вы познакомили бы их с воздушными аппаратами в гараже и в полете. Два офицера артиллерии были на аэродроме, но не застали Вас, так как Вы работали в воздухе… Дни ознакомления с аппаратами не могут быть назначены нами, так как Вы хозяин дела, с которым артиллеристам положено познакомиться.
   2) На днях меня потребовали к телефону с аэродрома… Вызвал меня писарь, как он заявил, по Вашему приказанию. Разговор состоялся такой: — Вы командир артиллерии? — Я. — В воздухе аэроплан, можете стрелять… — Чье распоряжение стрелять передаешь? — Начальника охраны. — А где он? — Ему некогда, он занят…
   .. Порядок открытия огня, предусмотренный инструкцией, показан другой, и писарские соображения раз уже повели к стрельбе артиллерии по нашим аэропланам.
   Прошу Вас не отказать в распоряжении по двум изложенным пунктам и о последующем уведомить.
   10 марта 1915 г. вновь имело место нарушение авиационным отрядом существующей Инструкции извещения о вылетах, и снова велась стрельба двумя батареями по вражеским аэропланам, по которым одновременно действовали и наши летчики под руководством начальника отряда поручика Н.С. Воеводского. В этой связи возникшие взаимные обвинения летчиков и артиллеристов в неправомерных действиях вновь вынудили полковника П.А. Глазкова 31 марта обратиться с обстоятельным письмом к начальнику Варшавского авиационного отряда.

   Прикрытие наземных объектов истребителями из положения «дежурство в воздухе».

   Перехват противника в воздухе из положения «дежурство на аэродроме».

   Из письма полковника П.А. Глазкова к поручику Н.С. Воеводскому (документ приводится с сокращениями с сохранением стиля обращения и основы его содержания)
   «Его Высокоблагородию поручику Н.С. Воеводскому, начальнику Варшавского авиационного отряда.
   Милостивый Государь Николай Степанович!
   Предполагая возбудить ходатайство о переработке некоторых параграфов Инструкции для борьбы с неприятельскими аэропланами, прошу Вас как специалиста не отказать высказать свои соображения по нижеследующему.
   В приказе Главнокомандующего фронта за прошлый год № 78, только что мною полученном, возлагается ответственность, до предания суду, на командиров противоаэропланных батарей в том случае, если будет открыта стрельба по своим аэропланам.
   Следовательно, для действий батарей необходимо установить такой порядок, который давал бы командирам батарей полную гарантия в распознавании своих и неприятельских аэропланов.
   Действующая Инструкция предусматривает ряд способов распознавания, из которых каждый в отдельности и все вместе не дают полной уверенности в том, что распознавание обеспечено, и вот почему.
   1) Прежде всего мы получаем уведомление, «летит наш или не наш» аэроплан со стороны (например, из Новогеоргиевска) или от своих разведчиков. Однако такое предупреждение не всегда полно и верно… Поэтому заблаговременное предупреждение о подлете к Варшаве нашего или не нашего аэроплана права стрелять не дает, а заставляет командира батареи только насторожиться и держать батарею наготове.
   2) По появлению аэроплана в кругозоре командира батареи последний должен решать, «наш или не наш аэроплан», по его силуэту. Однако на наших аэропланах могут появляться немецкие летчики и на немецких — наши. Последнее бывает часто. Например, 29-го сего марта подлетел к Варшаве с позиции 2-й армии аэроплан типа «Альбатрос» с нашим летчиком, причем в этом случае заблаговременно о подлете к Варшаве немецкого аппарата с нашим летчиком не знали даже на аэродроме. Таким образом, распознавание силуэта не дает командиру батареи полной гарантии в правильности распознавания, а следовательно, и права открыть огонь.
   3) Третий, более надежный, способ распознавания аэроплана — это увидеть опознавательные знаки, кресты или круги, нарисованные с нижней стороны крыльев. Но, во-первых, видеть то, что нарисовано снизу, можно тогда, когда аэроплан в зените батареи, т. е. когда артиллерия… уже стрелять не может…
   Однако с какого же расстояния опознавательные знаки не видны?… Для того, чтобы видеть нижнюю сторону крыльев аэроплана, необходимо… дать умышленно крен аппарату на угол 45°. (Далее проводятся расчеты видимости опознавательных знаков для высоты полета 1 версты, по которым установлено, что опознавательные знаки на дальности 1,5 версты, т. е. за пределами мертвой воронки, «дальше какового расстояния можно стрелять», увидеть невозможно).
   4) Варшавская Инструкция предусматривает еще сигнализацию (качание аппарата и прочее)… Но Вы знаете, что летчики других отрядов не только не сигнализируют и не сообщают о своем подлете к Варшаве, но, что может быть…и не знают о существовании важной для нашего дела Варшавской секретной Инструкции.
   Обращаясь к Вам с просьбой высказаться, я прошу не затруднять себя подробным разбором здесь высказанного. Хотя бы на моем письме не откажите поставить свои отметки: «Согласен с Вами или не согласен потому-то…» и мое же письмо пришлите обратно…
   Ваш покорный слуга Петр Глазков.
   Авторам статьи не удалось отыскать в архиве реакцию поручика Воеводского на это письмо.
   С развертыванием вновь поступивших в Варшавскую крепостную артиллерию противоаэростатных батарей и увеличением противоаэропланных подразделений за счет полученных установок Розенберга полковник П.А. Глазков возбудил ходатайство о прикомандировании артиллеристов из других объединений. По приказанию Главнокомандующего армиями Северо-Западного фронта от каждой из армий фронта такие офицеры были назначены. С их прибытием в Варшавской крепостной артиллерии проведено переназначение руководителей батарей, назначенных для борьбы с воздушным противником. Из прикомандированных командирами батарей стали: капитаны А.К. Герштенцвейг, штабс-капитаны С.Д. Аменицкий, Б.М. Жиленков, Е.А. Дунин-Марцинкевич, Н.Б. Ловенецкий, И.Д. Ахшарумов, Б.В. Мельницкий 21*.
   В апреле 1915 г. 3-я позиционная противоаэростатная батарея (командир — подполковник Н.Н. Андреев) получила задачу обеспечить зенитное прикрытие штаба Северо-Западного фронта, дислоцирующегося в Варшаве 22*.
   Несмотря на участившиеся в первой половине 1915 г. налеты германской авиации на Варшаву, распоряжением фронта из крепостной артиллерии были выделены батареи на другие объекты обороны. В Белосток был направлен капитан А.К. Герштенцвейг с поручиком Ароном 23* и командой нижних чинов для ведения боевой работы на противоаэропланной батарее. В полосу действий 2-й армии отправлены три батареи крепостной артиллерии. При отправке подразделений был зачитан собственноручно написанный полковником Глазковым приказ № 35 24*.
   Варшавские крепостные артиллеристы, господа офицеры и нижние чины!
   Пришел наш черед, начальство приказало — и часть нас идет туда, где наши братья-герои за нашего Белого царя, за нашу Родину, за нашу веру и за все великое славянство уже полгода бьются с врагом, не щадя самой жизни…
   Наш первый герой канонир Петр Осташко, когда стрелял в «цеппелин», когда бросали бомбы с него на форты, не дрогнул ни душою ни телом. Его ранило насмерть, но его последней думой была забота о своем командире. Помните, он схватил подпоручика Буковского за руки и закричал: «Ложитесь, а то Вас убьет!» И с этими словами как сноп упал мертвым. Он был праведный человек, христианин, берег своего ближнего офицера, он был честный, благородный солдат, он был герой.
   Ребята, мы все такие, как Петр Осташко… В мирное время мы люди простые… Но когда вражеское ружье направлено в нашу грудь, когда шрапнель или бомба ударила около, мы, как и наш Осташко, все позабудем… и дрогнет сердце не за себя… — за великую дорогую родину.
   Дай Бог Вам счастья, г.г. офицеры и солдаты, быть настоящими русскими славными солдатами. Дай Бог Вам здоровья и силы выдержать лишения и трудности боевой службы. Дай Бог Вам взаимной любви и любви к Вам офицеров…
   В путь с Вами я посылаю капитана Сташевского, человека добра и правды, штабс-капитана Мертенгрена, Смирнова, Ключарева и их помощников.
   Пусть Ваше имя, Варшавских артиллеристов, будет гордое имя героев.
   В связи с позитивными изменениями на фронте и временным снижением активности воздушного противника принимаются дополнительные меры по совершенствованию воздушной обороны столицы Польши. В этот период комендантом Варшавской Александровской цитадели генерал-лейтенантом А.Ф. Турбиным утверждается (приказ № 82 от 3 апреля 1915 г.) и вводится в действие «Инструкция Варшавскому авиационному отряду и Варшавской крепостной артиллерии для охраны г. Варшавы и трех городских мостов от неприятельских набегов воздухоплавательных аппаратов». Указанный документ должен был усовершенствовать существующую систему воздушной обороны польской столицы. Особое внимание в Инструкции уделялось взаимодействию авиационных отрядов и крепостной артиллерии при отражении воздушного налета неприятеля.

   Штабс-капитан П.Н. Нестеров, командир 11 — го корпусного авиационного отряда.

   Из Инструкции от 3 апреля 1915 г. 25*
   …Батареи крепостной артиллерии обстреливают германские самолеты только в двух случаях:
   а) когда наши аэропланы не предполагают подняться для борьбы с германскими аэропланами;
   б) когда наши аэропланы удалились от батарей не ближе 8-ми верст.
   Сведения о предполагаемых действиях и о районе действия нашего отряда передаются крепостной артиллерии начальником отряда.
   В ходе ведения воздушного боя с германскими аэропланами предписывалось (отдельным пунктом) не допускать их воздушного тарана. Имевшийся в русской авиации опыт по уничтожению таким способом летательных аппаратов противника (штабс- капитаном П.Н. Нестеровым 26*, Юго- Западный фронт, 6.08.1914 г.; штабс- ротмистром А. А. Козаковым 27*, Западный фронт, 18.03.1915 г.) указывал на возможность потери собственного аппарата, а зачастую и жизни (П.Н. Нестеров). Запрет на воздушные тараны над Варшавой, в первую очередь, исходил из угрозы падения поврежденных воздушных судов на жилые кварталы города, что привело бы жертвам среди местного населения.
   По-другому оценивалась борьба с «цеппелинами», представлявшими собой довольно грозную силу (по своей бомбовой нагрузке и потенциальной опасности военный дирижабль мог сравниться с 15 аэропланами того времени). При их появлении в черте города зенитной артиллерии предписывалось вести по нему огонь «… независимо от его местонахождения…»
   Для своевременного определения начала налетов воздушного противника на Варшаву и на ее мосты, имевшие стратегическое значение, в системе воздушной обороны города была налажена устойчивая сеть наблюдательных постов и оперативная передача сведений о противнике по средствам связи. В целях исключения обстрела своих аэропланов всем наблюдателям выдавались рисунки с контурами наиболее распространенных типов воздушных судов Германии и Австро- Венгрии и их опознавательные знаки. Также дополнительно устанавливалась специальная система опознавания (по принципу «свой-чужой»).
   Также вводился комплект секретных сигналов, по которым нельзя было спутать русские аэропланы с вражескими летательными аппаратами. Решение об окончательном определении государственной принадлежности летательного аппарата принадлежало начальнику 2-й авиационной роты.
   Согласно новой Инструкции была дополнительно расширена сеть наблюдательных постов. Все сведения о воздушном противнике по линии оперативной связи (загородному, городскому, железнодорожному и военному телефонам) поступали в канцелярию Варшавского авиаотряда. Оттуда они доводились до Варшавской крепостной артиллерии (по телефону) и штаба корпусов действующей армии (по телефону, телеграфу и радиотелеграфу).
   В целях отражения возможного налета воздушного противника на город в авиационном отряде Варшавы вводилось состояние «полной боевой готовности».

   Руководитель авиацией в действующей армии великий князь вице- адмирал Александр Михайлович (слева) и начальник Гатчинской авиационной школы полковник С.А.Ульянин (справа).

   Из Инструкции от 3 апреля 1915 г. 28*
   Из числа четырех офицеров авиационного отряда два должны быть всегда готовы, чтобы подняться для встречи противника на аэропланах, а один в качестве дежурного остается все время на аэродроме. В его ведение, в случае нужды, поступает телефон, по которому он лично ведет переговоры с командирами батарей. Четвертый офицер располагает своим временем по своему усмотрению, но должен явиться на аэродром, получив уведомление о тревоге.
   В ходе воздушного прикрытия Варшавы от налетов летательных аппаратов противника русские летчики впервые на Восточном фронте применили дежурство в воздухе. В дальнейшем этот способ из-за простоты его организации нашел широкое применение и на Западном фронте, получив французское название «барраж». Вначале он осуществлялся одиночными самолетами. Впоследствии в связи с усложнением воздушной обстановки его использовали целые подразделения 29*.
   Недостаточное знание высшим военным командованием предназначения и задач авиационных отрядов воздушной обороны иногда приводили к определенным недоразумениям. Так, летом 1915 г. в связи с выводом из состава Северо-Западного фронта гвардейского корпуса в тыл убыл и находившийся в его составе авиационный отряд (командир — гвардии штабс-капитан С.И. Виктор-Берченко). Для ликвидации возникшей «бреши» на фронте было предложено отправить 5-й армейский авиационный отряд поручика Н.С. Воеводского. Вместо него в состав воздушной обороны Варшавы должен был прибыть другой авиаотряд (17-й корпусной авиационный отряд), имевший на вооружении лишь аппараты типа «Моран-Парасоль», абсолютно не приспособленные для ведения воздушного боя (из-за отсутствия на аэропланах пулеметов). Такая рокировка авиационных сил возмутила даже генерал-квартирмейстера штаба Ставки ВГК генерал-майора М.С. Пустовойтенко. В адрес командования фронта он отправил свое твердое решение: «…5-й авиационный отряд имеет специальное назначение на охране Варшавы и не может быть взят оттуда» 30*.
   К лету 1915 г. начальник Варшавской крепостной артиллерии полковник П.А. Глазков в целях совершенствования ведения зенитного огня представил в Главное артиллерийское управление разработанные им Правила стрельбы для крепостной артиллерии. Согласно этим Правилам стрельба по воздушным целям производилась без пристрелки путем постановки плотных завес зенитного огня на трех дальностях с едиными установками прицела и трубки на всех орудиях батареи для каждой из дистанций. Это позволило дальность до цели измерять с помощью дальномеров. Согласно этим правилам впервые установки для стрельбы определялись по таблицам. Огонь велся двумя-тремя очередями выстрелов батареи при малых курсовых углах и тремя-четырьмя при больших. Одновременно отдельными офицерами-новаторами разрабатывались новые конструкции установок для стрельбы скорострельных полевых пушек по воздушному флоту противника.
   Но применить свои знания на практике зенитчикам полностью не удалось. В середине 1915 г. германскому командованию удалось провести три крупные военные операции на Восточном фронте. В результате возникла реальная опасность окружения главной группировки русских войск в центральных районах Польши. С целью исключения создания польского мешка» Ставка ВГК приняла решение отвода войск на восток за Вислу. В июле 1915 г. поступает приказ начать эвакуацию из Варшавы крепостной артиллерии. Вскоре полковнику П.А. Глазкову
   было поручено сформировать 10-ю тяжелую артиллерийскую бригаду и возглавить в ней дивизион. Для решения новой задачи он был вынужден уехать из Варшавской крепости раньше, чем ее покинули последние защитники города. Петр Александрович оставил яркий след в истории отечественной зенитной артиллерии, сделав многое в создании воздушной обороны польской столицы и лишив тем самым возможности безнаказанно хозяйничать в ее небе воздушный флот Германии.
   С уходом русских войск передовые полки 9-й германской армии Леопольда Баварского 23 июля 1915 г. под звуки гимна «Еще Польска не сгинела» вошли в Варшаву 31*.
   Часть противоаэростатной артиллерии польской столицы в ходе эвакуации была включена в состав 2-й русской армии и позднее составила основу воздушной обороны Минска.

Ссылки и сноски

   14* Каульбарс Александр Васильевич [11(23).05.1844 — весна 1916] — барон, генерал от кавалерии. Окончил Николаевское гвардейское училище юнкеров и Николаевскую академию Генерального штаба по 1-му разряду. Член Военного совета 1909–1916 гг. На военной службе с 28 июня 1861 г. Службу проходил в должностях: старшего адъютанта штаба войск Семиреченской области, офицера для особых поручений при штабе Туркестанского военного округа, начальника штаба 8-й кавалерийской дивизии. В 1880 г. приступил к командованию 1-й бригадой кавалерийской дивизии. В 1891 г. назначен начальником кавалерийской дивизии, в 1897 г. — кавалерийского корпуса. С 1901 по 1904 гг. — помощник командующего войсками Одесского военного округа, в январе 1904 г. приступил к его руководству. В период русско-японской войны 1904–1905 гг. возглавлял 3-ю, затем 2-ю Маньчжурские армии. Активно поддерживал использование военного воздухоплавания в ходе боевых действий. С 1905 по 1909 г. продолжал руководить войсками Одесского военного округа. В октябре 1914 г. назначен заведующим авиационным делом в армиях Северо- Западного фронта. Принимал активное участие в изучении опыта организационного строительства военной авиации в иностранных армиях.
   16* Александр Михайлович [1 (13).04.1866 — 26.02.1933] — российский военный деятель, великий князь, адмирал (1916). На военной службе от рождения. По военной службе числился в лейб-гвардии полках (стрелковом, гусарском), в артиллерийской бригаде, в гвардейском экипаже. Принимал участие в заграничных военных плаваниях. В 1892 г. принял командование миноносцем «Ревель». В периоде 1895 по 1900 г. проходил службу в качестве старшего офицера на эскадренном броненосце «Сисой Великий» и броненосце береговой охраны «Генерал- Адмирал Апраксин». В мае 1900 г. назначен командиром броненосца «Ростислав». В период с 1902 по 1905 г. руководил Главным управлением мореплавания и портов России, одновременно являлся младшим флагманом Черноморского флота. С 1905 по 1909 г. проходил службу младшим флагманом Балтийского флота. С 1910 г. принял активное участие в создании и развитии отечественной авиации и воздухоплавания, покровитель школы авиации Императорского Всероссийского аэроклуба. В феврале 1910 г. по его инициативе при «Особом комитете по усилению военного флота на добровольные пожертвования» организован Отдел воздушного флота, давший начало формированию в дальнейшем Качинской военной школы летчиков. В октябре 1914 г. заведующий организацией авиационного дела в армиях Юго-Западного фронта. С 23 января 1915 г. по 21 марта 1917 г. являлся руководителем авиации и военного воздухоплавания в действующей армии. В связи с отречением Николая II от престола добровольно подал в отставку. С 1918 г. находился в эмиграции.
   17* Воротников Александр Степанович [8.09.1878 —?] — российский военный деятель, полковник. Окончил пехотное училище по 1 — му разряду (1902), Школу авиации Отдела Воздушного флота (1912). Участник русско-японской войны (1904–1905), за личную храбрость награжден многими орденами и медалями. Проходил службу в 121-м пехотном Пензенском полку, затем в 3-й авиационной роте. В 1913 г. командир 9-го корпусного авиационного отряда. Участвовал в организации дальних воздушных перелетов в России. В годы Первой мировой войны: командир авиаотряда, 2-й авиационной роты, 2-го авиадивизиона. После Октябрьской революции избран личным составом командиром авиадивизиона. Весной — летом 1918 г. в составе УВВФ Российской Республики участвует в строительстве Красного Воздушного Флота. 30 апреля 1918 г. решением Всероссийской Коллегии УВВФ РР назначен начальником ВФ Западной завесы. С 5 июня 1918 г. начальник ВВФ Московского окружного управления, затем начальник Главного управления РККВВФ. С июня 1919 г. помощник начальника ГУ РККВВФ по административно-строевой части. 18 апреля 1921 г. возглавил Летную школу № 1 (Кача). В 1924 г. назначен штатным преподавателем Высшей школы военной маскировки РККА. С 1928 г. в составе центрального аппарата ВВС РККА (постоянный член тактической секции Научного комитета).
   23* Арон (инициалы не установлены) [17(5).05.1885 —?] — русский артиллерист, штабс-капитан (1916). На военной службе с 1905 года. Окончил Сибирский кадетский корпус (1905), Александровское военное училище по 1-му разряду (1907). Проходил службу в должностях: офицера 28-го Восточно-сибирского саперного батальона, адъютанта батальона, младшего офицера учебной команды, врио командира роты. В 1910 г. в составе 7-й Восточно-сибирской стрелковой артиллерийской бригады. С весны 1915 г. в составе Варшавской крепостной артиллерии. С июля 1916 г. командир 24-й позиционной легкой батареи для стрельбы по воздушному флоту, с марта 1917 г. — командир 3-й легкой батареи для стрельбы по воздушному флоту. Активный участник воздушной обороны Варшавы и Минска. Награжден 4 орденами.
   26* Нестеров Петр Николаевич [15(27).02.1887 — 26.08.(8.09.) 1914] — русский военный летчик, капитан (1914, посмертно). Окончил Михайловское артиллерийское училище (1906), Офицерскую воздухоплавательную школу (ОВШ) (1912). В 1912–1913 гг. прикомандирован к авиационному отделу ОВШ. В 1913 г. назначен в состав авиаотряда при 7-й воздухоплавательной роте. Заместитель начальника, затем — начальник 11-го корпусного авиаотряда 3-й авиационной роты. 27.08.1913 г. впервые в мире совершил на аэроплане замкнутую кривую «мертвую петлю». Участник ряда длительных воздушных перелетов и один из разработчиков «русского воздушного боя». 26.08.1914 г. впервые в мире совершил воздушный таран самолета противника, в ходе которого погиб.
   27* Козаков Александр Александрович [2.01.1880 — 1.08.1919] — русский военный летчик-ас, полковник (1917). Окончил Гатчинскую военную авиационную школу (1914). Участник 1-й мировой войны: военный летчик, командир авиаотряда, 1-й боевой авиационной группы. Сбил лично 17 самолетов противника и 15 — в составе группы. Совершил первый в мире воздушный таран самолета противника с благополучным исходом для летчика (18.03.1915 г.). Участник гражданской войны: рассматривался на должность начальника Главного управления Красного Воздушного Флота (1918), перешел на сторону Белой гвардии: командир 1-го дивизиона, заместитель командующего Славяно-Британского авиационного корпуса (1918–1919). Погиб в авиационной катастрофе 1 августа 1919 года.

   Рем Уланов
«Ты лети с дороги птица, Зверь с дороги уходи. Видишь: облако клубится — Кони мчатся впереди. И с налета, с поворота. По цепи врагов густой Застрочил из пулемета Пулеметчик молодой…»

Пулеметная тачанка

   Россия при всех своих необъятных просторах к концу 19 века обустроилась сетью железных дорог. Но гужевой транспорт — лошади, их упряжь, телеги, повозки, экипажи и пролетки остались существенной частью быта и жизни россиян.
   В семьях наших родственников от мала до велика были все лошадниками. Мужья моих теток были кузнецами. Один в Первую мировую войну ковал лошадей. Когда не было ковочного станка, лошадь валили на бок и несколько солдат держали ее ногу. Другой ковал подковы, металлические оси, шкворни. Делал гнутые украшения, чинил ружья, граммофоны, жатки и плуги. Их дети с 8-10 лет, включая и девочек, могли запрягать лошадей и лечить ссадины. Люди, лошади, телеги и сбруя были соединены для жизни, работы и быстрой езды.
   Однажды я задумался: а как же можно управлять четверкой лошадей, скачущих во всю силу? Управляемы ли они, или скачут, не соображая, куда и зачем? В упряжь вводятся разные лошади — одни порезвей, другие спокойней. Ездовые лошади могут быть и работягами и лентяями. Добрыми и злыми. Могут упрямиться и подхватывать «на унос». Работая с ними надо знать их повадки: тяга друг к другу, подражанию, порыву к бегству от опасности, зачастую мнимой.
   Тройка лошадей с сильным коренником в оглоблях с дутой и колокольчиком включала еще двух пристяжных. При сравнительно небольшом весе брички или саней с одним кучером и двумя седоками она с большой скоростью рысью, местами галопом, могла двигаться на большие расстояния.
   В артиллерии с конца XIX века и почти половину XX века конная упряжка успешно тащила полковую трехдюймовую пушку. В упряжку входила четверка, а иногда и шестерка лошадей. Первая пара дышловая. Вторая — пристяжная — цугом. При массе до 1000 кг, составленной зарядным ящиком и самой пушкой, эта упряжка, не будучи быстроходной, была вездеходной. Когда лошади не справлялись на подъеме или в грязи, артиллерийский расчет помогал им.
   Для пулеметной тачанки, масса которой с людьми, тяжелым станковым пулеметом, коробками с патронами, запасом воды и фуража превышала 1 000 кг, трех лошадей было недостаточно. При крутом спуске один коренник не мог удержать повозку. У пароконной системы, которая была заложена в основу, проблема крутого спуска решалась проще, хотя пристяжные при торможении не работали. В редких случаях пулеметная тачанка имела в упряжке двух сильных лошадей.
   Первая конная армия была крупным оперативным соединением в Красной армии, созданная декретом правительства в ноябре 1919 г. в период гражданской войны. Командующим армии был назначен будущий маршал Советского Союза — Семен Михайлович Буденный, до этого командир кавалерийского корпуса в составе 4-й и 8-й
   кавалерийских дивизий. Членами реввоенсовета армии были К.Е. Ворошилов и Е.А. Щаденко. Первоначальный состав первой конной армии: 4-я, 6-я и 11-я кавалерийские дивизии, пять бронепоездов, три авиаотряда, инженерные и другие вспомогательные войска. В марте 1920 г. в состав армии была введена 14-я кавалерийская дивизия, а в апреле — особая кавалерийская бригада.
   В операциях Красной армии в 1919–1920 гг. первая конная армия являлась решающей ударной силой при разгроме армий Деникина, Врангеля и белополяков. Общее протяжение боевых походов первой конной достигло 10 тыс. км.

   Зенитный пулемет «Максим» на тачанке.

   Пулеметный расчет.

   Существует ошибочное мнение, что появление пулеметных тачанок связано с именем батьки Махно. Это не совсем верно. Анархист Махно с его приверженностью к «полной свободе» личности, собрал вокруг себя банду уголовных элементов и авантюристов, стремившихся к собственному обогащению, промышляя грабежом населения и нападая на железнодорожные поезда. В этом плане он был полностью свободен. Отдельные группы бандитов в силу своей тактики стремились быть высокоподвижными. Каждый махновец имел своего коня и личное оружие — шашку-лиходейку и «маузер». Они не имели артиллерии и пулеметов. На тачанках перевозили свое награбленное барахло и небольшую типографию, на которой печатались прокламации и махновские «карбованцы» на плохой бумаге. Махновщина была в 1921 г. ликвидирована, а сам Нестор Иванович бежал за границу.
   Подвижность пулеметам в полевых условиях в русской армии пытались придать еще до начала Первой мировой войны. На раму обычного артиллерийского зарядного ящика с двумя большими колесами устанавливался стандартный станковый пулемет «Максим». Его расчету — наводчику, второму номеру, подносчикам патронов на этой установке места не отводилось.
   Классическая пулеметная тачанка, появившаяся в 1918 г. в России, сочетала в себе огонь пулемета, запас патронов, подвижность, скорость и прекрасную проходимость практически по любой местности в любое время года. Для горной местности тачанка не годилась. Недаром пулеметные тачанки появились на юге России в ее степях и на равнинах. Переправы через мелкие речушки с глубиной брода до одного метра легко ими преодолевались.
   В качестве вооружения тачанок использовался пулемет системы Максима, разработанный в 80-х гг. XIX века. В 1910 г. с некоторыми изменениями он начал выпускаться в России. Опорная тренога, на которую опирался пулемет, была заменена станком на двух небольших колесах. Скорострельность пулемета достигала 250 выстрелов в минуту. Когда российскому императору Николаю II доложили о появлении нового образца скорострельного стрелкового оружия, он сказал: «Да где мы возьмем такое количество патронов». Тем не менее выпуск пулеметов в России был организован на оружейных заводах в Туле, Ижевске и Воткинске. Было построено несколько патронных заводов в Петербурге, Луганске и Симбирске. К началу Первой мировой войны оснащенность Российской армии пулеметами составляла около 60 шт. на дивизию, в германской — 600 шт., во французской — более 600 шт. В 1919 г. в период гражданской войны в России было изготовлено 6000 пулеметов, свыше одного млн. винтовок и 357 млн. патронов.
   Кавалерийская дивизия при полном штате имела около 8000 красноармейцев и 64 станковых пулемета. Можно предположить, что часть из них числом до 25–30 располагалась на тачанках. На тачанках времен гражданской войны могли разместиться кроме основной еще четыре пулеметных коробки с патронами. На тачанках послевоенного выпуска перевозилось уже восемь коробок. Некоторая часть тачанок предназначалась для борьбы с вражескими самолетами и была оборудована устройством для зенитного пулемета «Максим» с патронной коробкой, вмещавшей 500 выстрелов.
   Массы груза, размещаемого в тачанке, состояли из:
   — Трех бойцов 80x3 = 240 кг;
   — Пулемета в сборе 66 кг;
   — Патронных коробок 10x5 =50 кг;
   — Оружия и личных вещей 17x3 = 21 кг;
   — Фуража для четырех лошадей на двое суток 16x4 = 32 кг;
   — Провианта для бойцов на двое суток 9x2 = 18 кг
   Всего — 427 кг.
   В некоторых случаях тачанка двигалась со скоростью 43–54 км/ч по бездорожью.
   Обычная армейская пароконная телега такой бы нагрузки не выдержала, как и крестьянская телега. Она просто бы развалилась. Наиболее подходящей для установки пулемета явилась распространенная в южных районах России пароконная коляска, рассчитанная на перевозку двух пассажиров с небольшой поклажей. Такие экипажи находились во владении у мелких помещиков, чиновников и зажиточных крестьян. Основу ее составляла рама из деревянных брусьев, соединенных металлическими накладками с помощью болтов и гаек. Передняя площадка ее служила опорой для ног кучера, средняя — сиденьем на облучке с ограждением металлическим прутом с крючьями для вожжей, которые кучер мог бы повесить, выпустив их из рук.
   Далее — пол для ног пассажиров и сиденья для них.
   Передняя наклонная стенка защищала кучера от комьев грязи, летевших из-под копыт лошадей. Задняя стенка являлась спинкой пассажирского сиденья. Боковые стенки, выполненные из гнутых брусьев, закрывались тонкими дощечками. Передняя и задняя оси были связаны с кузовом двумя полуэллиптическими рессорами, откованными из листовой стали с последующей закалкой. Передние концы рессор шарнирно соединялись с концами четверных рессор, другие концы их были соединены с поперечными полуэллиптическими рессорами. Такая подвеска колес обеспечивала мягкость хода экипажа, несмотря на отсутствие резиновых шин. Обручи стальных шин, одетые на колеса в горячем виде, надежно держались на любой дороге. Каждое колесо имело медную или латунную втулку в ступице и, будучи смазанными, легко вращались на стальных кованых осях, концы которых имели наклон в развал до 4°, обеспечивающих предотвращение сваливания колес. Массивные чугунные гайки колес (на левых колесах они имели левую резьбу) обеспечивали высокую надежность ходовой части. Надколенные крылья защищали пассажиров от грязи, летевшей от быстро вращающихся колес. Передняя ось соединялась с экипажем шкворнем и поворачивалась с помощью дышла упряжкой лошадей. Хорошо выполненная пароконная рессорная коляска могла весить не более 500–650 кг.

   Таким образом, общий вес экипажа (без учета веса лошадей) мог достигать 1000–1100 кг. Для двух даже сильных и хорошо обученных лошадей работа с ним была нелегкой. Облегчить ее могли бы две пристяжные, быстро заменяемые при необходимости лошади.
   Значение нормальной силы тяги лошади при хорошем ее содержании можно принимать:
   При нескольких лошадях в одной упряжке эти значения тяги уменьшаются:
   При двух лошадях — до 98%
   При трех лошадях — до 87%
   При четырех — до 80%
   При пяти — до 73%
   При шести — до 64%
   При восьми — до 49%
   Таким образом, общее усилие четверки лошадей составит 75 х 4 х 0,8 = = 240 кг. Динамический фактор, определяющий способность транспортной системы преодолевать сопротивление перемещению (кг тяги/кг веса), составит 0,24
   Учитывая, что лошади при дружном рывке могут довести общее усилие до 750 кг, динамический фактор возрастет до 0,7. Этот показатель превышает величину динамического фактора отечественного массового грузового автомобиля ГАЗ-АА, имевшего карбюраторный двигатель внутреннего сгорания мощностью 45–50 л.с.

   Пулеметные тачанки перед парадом на Красной площади. 7 ноября 1941 г.

   Пулеметные тачанки на улицах Бухареста. Август 1944 г.
Собственный вес лошади, кг Усилие тяги, кг Легкая лошадь 250 60 Средняя лошадь 350 75 Тяжелая лошадь 450 90
   Управление лошадьми выполнялось кучером с помощью вожжей, голоса и хлыста. Руки кучера держали четыре пары вожжей. В некоторых случаях пристяжные лошади имели по одной вожже.
   В 1916 г. поголовье лошадей в России составляло 38 млн. голов. Первая мировая война, революция, интервенция и гражданская война унесли почти половину российских лошадей. Но в 1919 г. их оставалось много. Первая конная армия насчитывала до 30000 бойцов. Большая часть их были верховыми. Фураж, оружие, боеприпасы и медикаменты доставлялись гужевым транспортом. Без большой ошибки можно считать, с учетом общего количества пулеметов в вооружении первой конной, что количество в ней пулеметных тачанок не превышало 100–120 шт. Судя по картине художника Грекова (а в ее правдивости можно не сомневаться), в походе каждая тачанка сопровождалась четырьмя запасными лошадями, которые скакали на привязи за основной. Общее количество лошадей, обслуживающих тачанки, могло составлять 500–600 голов.
   Управлять лошадьми, запряженными четверкой — настоящее искусство.
   Сложно управлять четверкой лошадей даже в обычной обстановке. Но еще более сложно управление ими в боевой ситуации. Не имея никакой защиты людей и лошадей, тачанка легко может быть поражена пулями, осколками гранат и снарядов, шрапнелью.
   На фронты гражданской войны были мобилизованы тысячи коммунистов и рабочих Петрограда, Москвы, Иваново-Вознесенска и других городов. В июне 1918 г. Совнарком объявил мобилизацию в Приволжском, Уральском и Западно-Сибирском военных округах. В армию призывались старые военные специалисты. Многие из них добровольно ушли на фронт, откликнувшись на воззвание генерала А.А. Брусилова, вскоре после Октябрьской революции перешедшего на сторону Советской власти. В Красную армию призывались мужчины, достигшие 23-летнего возраста. Для военных специалистов жесткого предела по возрасту не было. Ездовыми на тачанках были в основном молодые здоровые деревенские парни. За пулеметом сидели хорошо знающие устройство оружия крестьяне и рабочие. На крутых поворотах важно было не слететь с облучка, не выпустить из рук вожжей, удержать на месте пулемет и коробку с патронами. Лошадей нужно было вовремя кормить, чистить, лечить и беречь.
   В середине 1930-х гг. пулеметную тачанку можно было видеть в фильмах о гражданской войне или на праздничных парадах, проходивших в больших городах или на Красной площади в Москве. Легендарные пулеметные тачанки были последними угасающими огнями ушедшей гражданской войны, памятью подвигам нашего народа, победившего белую гвардию, интервенцию и сохранившую нашу Родину от раздробления и потери самостоятельности. Тачанки уступили место броневикам и танкам, которых у нас не было сразу после революции. Созданная заново автомобильная, тракторная и танковая промышленность стала давать Красной армии достаточное количество военной техники.
   Почему пулеметные тачанки при всех своих боевых качествах — силе огня, скорости перемещения, проходимости и живучести, уступили свое место моторам? Главное — они не имели защиты от ружейного огня, осколков гранат и снарядов. На один боевой ствол на тачанке приходилось 4–5 бойцов и до восьми лошадей. Сопоставление расхода на горюче-смазочные материалы с расходами на фураж не в пользу последнего. Окончательную точку на широком применении пулеметных тачанок поставили появившиеся на вооружении бронеавтомобили повышенной проходимости на базе шасси ГАЗ-ААА и полноприводные автомобили Горьковского автозавода.
   В грозном 1941 г., когда немецкая армия подошла так близко к Москве, что из полевого бинокля офицеры вермахта могли видеть крупные здания в центре города, на Красной площади состоялся парад войск. Пулеметные тачанки, стоящие перед выездом на Красную площадь, были готовы к движению. Всего четыре тачанки, в каждую из которых были впряжены по четыре белых коня. Казалось бы, в век моторов судьба тачанки как полноценного боевого средства была предрешена. Однако в августе 1944 г. пулеметные тачанки вошли в город Бухарест. Они с честью прошли все тяжелые испытания Великой Отечественной.

   Сергей Ганин, Александр Карпенко, Ростислав Ангельский
   Авторы выражают глубокую признательность Владимиру Коровину за оказанную информационную поддержку.

Система С-300П

   Окончание.
   Начало см. в «ТиВ» № 7-11/2004 г.

Зенитный ракетный комплекс С-300ПМУ2 «Фаворит»

   Универсальная мобильная многоканальная зенитная ракетная система С-300ПМУ2 — дальнейшее развитие С-300ПМУ1 и средств управления 83М6Е.
   Система С-300ПМУ2 «Фаворит» предназначена для высокоэффективной обороны важнейших объектов государства и его вооруженных сил от массированных ударов современных и перспективных самолетов, стратегических крылатых ракет, тактических и оперативно-тактических баллистических ракет и других средств воздушного нападения, во всем диапазоне высот и скоростей их боевого применения, в том числе при воздействии интенсивных активных и пассивных помех. Система была впервые широко представлена в 1997 г. на выставке МАКС-97 в г. Жуковском. Как сообщалось, система С-300ПМУ2 была рассекречена всего за несколько дней до открытия этой выставки и еще до начала ее поставок на вооружение российской армии.
   Полигонные испытания нового варианта системы С-300П начались в 1992–1993 гг. на площадке 72-го полигона в Сары-Шагане, а позже были перенесены на территорию России, на полигон Капустин Яр.
   31 августа 1995 г. С-300ПМУ2 «Фаворит» был впервые испытан на полигоне Капустин Яр при стрельбах по тактическим баллистическим ракетам (ТБР), аналогичным ракетам Scud. Во время испытаний две ТБР были перехвачены четырьмя ракетами 48Н6Е2 с обеспечением подрыва боевого снаряжения целей на траектории.
   В состав системы противовоздушной обороны С-300ПМУ2 входят:
   — средства управления 83М6Е2 (пункт боевого управления 54К6Е2 и радиолокатор обнаружения 64Н6Е2);
   — до шести ЗРК 90Ж6Е2 — радиолокатор подсвета и наведения 30Н6Е2, до двенадцати пусковых установок 5П85ТЕ2 (в транспортируемом варианте системы) или 5П85СЕ2 (в мобильном варианте) с ЗУР 48Н6Е2;
   — радиолокационные средства (всевысотный обнаружитель 96Л6Е, низковысотный обнаружитель 76Н6, вышки 40В6М для подъема антенных постов обнаружителей);
   — средства технического обеспечения.
   По мнению специалистов, «Фаворит» на сегодняшний день является наиболее универсальной системой ПВО в мире, способной с высокой эффективностью защищать объекты и войска от любых средств нападения с воздуха, включая самолеты, вертолеты, оперативно-тактические баллистические и крылатые ракеты, летящие как на больших, так и на предельно малых высотах с огибанием рельефа в условиях лесной и сильно пересеченной местности. С созданием ЗРС «Фаворит» можно говорить о фактическом появлении в России системы, способной в полной мере противостоять ударам нестратегических ракетных средств.
   При создании новой системы были решены вопросы повышения автономности ведения боевых действий за счет использования всевысотного обнаружителя 96Л6Е, расширены поисковые характеристики средств управления 83М6Е2 по обнаружению и сопровождению баллистических целей с сохранением сектора обнаружения аэродинамических целей. Также возросла эффективность системы при работе по аэродинамическим целям (в том числе и низколетящим) в сложной тактической и помеховой обстановке, повысилась помехозащищенность всех радиолокационных средств системы. При одновременном просмотре воздушного пространства несколькими радиолокаторами полностью исключается пропуск в охраняемую зону воздушных объектов, включая крылатые ракеты, летящих на малых высотах с любых направлений.
   Аппаратура, находящаяся в составе системы С-300ПМУ2, обеспечивает возможность использования наряду с ЗУР 48Н6Е2 ракет более ранних вариантов системы С-300ПМУ1. С учетом возможности экспортных поставок системы также расширены возможности по ее интеграции в различные системы ПВО.
   Ракета 48Н6Е2 представляет собой усовершенствованный вариант ракеты 48Н6Е с увеличенной до 200 км максимальной дальностью поражения целей.
   Рассказывает Генеральный конструктор МКБ «Факел» Владимир Григорьевич Светлов:
   — Одно из главных отличий ракеты, входящей в комплекс «Фаворит», — ее повышенные боевые возможности в борьбе с баллистическими целями. Эта задача вышла на первый план в создании новейших систем ПВО после «Бури в пустыне». Как известно, американский «Пэтриот» проявил там себя не лучшим образом. «Скады», летевшие в сторону Израиля или Саудовской Аравии, обстреливались несколькими зенитными ракетами. Однако боеголовки пораженных иракских ракет в подавляющем большинстве случаев долетали до земли и взрывались. Когда стрельба велась по жилым массивам, боеголовка все равно падала на голову мирных жителей — не на ту улицу, так на другую. И разрекламированный «Пэтриот» на деле оказался вовсе не панацеей от этих бед. Ракета, созданная нами для «Фаворита», поражает «Скады» таким образом, что их боевая часть уже не долетает до земли — она взрывается в воздухе…
   Работы по созданию ракеты 48Н6Е2 развернулись в МКБ «Факел» в начале 1990-х гг. и потребовали проведения многочисленных расчетов, конструкторских проработок и исследований, в процессе которых была показана возможность достижения ракетой дальности пуска 200 км и требуемой эффективности поражения разнообразных аэродинамических и баллистических целей. При этом была сохранена полная преемственность в использовании новой ракетой всех компонентов системы С-300ПМУ1, в том числе транспортно-пусковых контейнеров, пусковой установки и всего комплекса средств наземного обслуживания.
   В ЗУР 48Н6Е2 были сохранены все наиболее перспективные технические решения, используемые зенитными ракетами семейства систем С-300П, — «холодный» вертикальный старт с помощью катапульты, прогрессивные технологии, применяемые при производстве элементов ракеты.






   К числу новинок, реализованных в новой ракете, можно отнести внедрение принципиально новых математических алгоритмов ее наведения на цель, использование наиболее выгодных траекторий полета и применение более эффективного боевого снаряжения. Поиск его наилучшего варианта осуществлялся параллельно с разработкой новой ракеты и продолжался в течение нескольких лет. За это время были исследованы самые разные варианты его исполнения. Тот вариант, на котором остановились специалисты МКБ «Факел», показал свое подавляющее преимущество как в наземных испытаниях, так и в воздухе, во время перехватов на полигоне тактических баллистических ракет типа «Скад».
   Комплекс С-300ПМУ2, как и С-300ПМУ1, может поставляться в двух вариантах: с использованием мобильной пусковой установки на базе автомобиля типа MA3-543M или пусковой установки 5П85ТЕ2 на базе полуприцепа, буксируемого седельным тягачом КрАЗ.
   При несении боевого дежурства и при боевой работе каждому зенитному ракетному дивизиону системы С-300П выделяется ответственный сектор обзора. Поиск целей и их распределение по зенитным ракетным дивизионам, как правило, ведется централизованно частями РТВ и средствами разведки и управления системы. С помощью автоматизированной системы управления («Вектор» — для С-300ПТ; «Сенеж», «Байкал», «Байкал-1» — для С-3000ПС и С-300ПМУ) через командный пункт информация выдается каждому дивизиону. Информация, получаемая дивизионами от собственных низковысотных обнаружителей и придаваемых радиолокационных средств, в свою очередь передается на командный пункт системы для обработки автоматизированной системой управления и распределения на свободные огневые каналы.
   На международном авиакосмическом салоне МАКС-97 была представлена новая модификация средств управления 83М6Е2 в составе пункта боевого управления 54К6Е2 и радиолокатора обнаружения 64Н6Е2, с помощью которых производится управление до шести зенитных ракетных комплексов С-300ПМУ2 с возможностью одновременного обстрела 36 целей 72 ракетами.
   Одновременно производится обнаружение до 300 и сопровождение до 100 воздушных целей. При сопровождении аэродинамических целей радиолокатор обнаружения работает в режиме кругового обзора с просмотром пространства в секторе 14° по углу места. При отражении нападения с использованием баллистических ракет радиолокатор обнаружения производит обзор пространства в секторе 60° по азимуту и 75° по углу места на ракетоопасном направлении. Максимальная скорость полета поражаемых целей — 10000 км/ч.
   Комплекс обеспечивает одновременное сопровождение, обстрел и поражение шести аэродинамических целей 12 ракетами в зоне с ближней границей 3 км, дальней — 200 км на высотах от 10 до 27000 м. Уничтожение баллистических целей с дальностью пуска до 1000 км путем физического разрушения боевых частей возможно на дальности до 40 км на высотах до 25 км.
   По желанию заказчика возможна поставка всевысотного обнаружителя 96Л6Е, низковысотного обнаружителя 76Н6, вышек 40В6М для подъема антенных постов всех радиолокационных средств.
   Впервые за рубежом система С-300ПМУ2 «Фаворит» была представлена на выставке LIMA-97 в Малайзии и IDEX-99 в Абу-Даби, столице Объединенных Арабских Эмиратов.

Система С-300П в ПВО России и зарубежных стран

   После поступления на вооружение система С-300П была развернута в различных районах СССР. По зарубежным оценкам, к началу 1984 г. в системе ПВО СССР на 40 боевых позициях насчитывалось 350 пусковых установок и 20 новых позиционных районов находилось в стадии строительства. К 1985 г. число готовых боевых позиционных районов возросло до 60, а строящихся — до 30. К 1987 г. в строй было введено 80 боевых позиционных районов и еще 20 строились. К 1988 г. в системе ПВО СССР было развернуто 150 боевых частей, вооруженных различными вариантами системы С-300П. По этим же зарубежным оценкам, в 1983–1984 гг. в СССР ежегодно изготавливалось 900 ракет 5В55, а в 1985 г. масштабы производства выросли до 1600 ракет в год.
   Первое боевое развертывание С-300П за рубежом было осуществлено в 1989 г., когда предположительно три дивизиона были введены в состав группы советских войск в Германии. Однако в связи с развалом ГДР их дальнейшее развертывание было прекращено. («Джейнс Интеллидженс ревю», № 3, 1997 г.)
   После распада СССР системы типа С-300П остались на вооружении России, Беларуси и Украины. В начале 1990-х гг. они неоднократно подтверждали свои высокие возможности в ходе учебных и показательных стрельб. По свидетельству академика Б.Бункина, после завершения войны в Персидском заливе на полигоне был проведен ряд стрельб по баллистическим ракетам, подобным американским «Лэнс» (Lance). Все цели были поражены.
   Но главным испытанием для С-300П в начале 1990-х гг. стал ее первый «выезд» за границу, состоявшийся в феврале 1993 г., на первую выставку вооружений IDEX в Абу-Даби, где присутствовали Генеральные конструкторы Б.В.Бункин и В.Г.Светлов.



   — В день проведения «трехсоткой» показательных стрельб на полигоне мы с Борисом Васильевичем Бункиным оказались на почетной трибуне среди шейхов эмиратской правящей элиты, — вспоминает В.Г.Светлов. — Смотрим, появляются наши машины, включают локаторы… И тут же объявляется, что летят мишени. Одна низко, другая повыше. И вдруг выстрел, и все в дыму… Это было зрелище! Не случайно главный выставочный ежедневник на следующий день вышел с фотографией нашей стартующей ракеты на обложке и крупной надписью: «Русские украли шоу».
   О том, как проходила подготовка к выставке и участие в ней, рассказывает участник IDEX-93, непосредственно руководивший действиями ракетчиков, генерал-майор Бронислав Порозинский (из журнала «Вестник ПВО», № 12, 1993 г.):
   — Первоначально планировалось показать зенитную ракетную систему С- 300ПМУ1 только в павильоне, в виде макетов. Но в начале января 1993 г. было решено, что система будет показана в Абу-Даби в оригинале, что поставило ракетчиков в чрезвычайно сложные условия.
   ..К тому времени нами была освоена передислокация С-300 автомобильным транспортом и по железной дороге. Но расстояние до Абу-Даби более 3,5 тыс. км, железной дороги там нет. Оставалось два других вида транспорта — морской и воздушный. Морской казался более простым, но не подходил по времени, а потому оставался только воздушный… Уже 21 и 22 января на подмосковном аэродроме была проведена примерочная погрузка вооружения в самолет Ан-124.
   Следующий этап подготовки — подбор личного состава. Особенность заключалась в том, чтобы подобрать офицеров, владеющих несколькими специальностями, так как в количественном отношении мы были ограничены.
   В результате из 38 офицеров и прапорщиков сформировали расчеты командного пункта, двух дивизионов, расчеты по доставке, заряжанию и разряжанию ракет, топопривязки, энергообеспечения и решения других вопросов жизнеобеспечения.
   Командный пункт возглавил полковник М. Зубов.
   После завершения слаживания расчетов на полигоне 3 февраля совершили марш на аэродром и произвели погрузку техники на два самолета Ан-124 и 4 февраля совершили перелет на военно-воздушную базу в Абу-Даби.
   Грузились при температуре воздуха -5 °C, а выгружались уже при температуре +29 °C. В результате техника была буквально залита водой от конденсата…



   …Первый самолет был разгружен за 32 минуты, а второй — за 20 минут (не более 2 часов — это норматив, отработанный дома).
   …Что нас встретило в Аравийской пустыне? Чего мы не знали и не могли предположить — так это ливневые дожди. Оказывается, в пустыне, где очень редко вообще идут дожди, примерно раз в 15–20 лет бывают очень большие ливни. Это и произошло 5–7 февраля 1993 г. За это время выпало столько осадков, что пустыня превратилась в сплошные потоки воды, разрушающие дороги и насыпи.
   Когда мы добрались к полигону, то я увидел дороги, размытые по 25–30 м и глубиной до 1–1,5 м, потоки воды, на дорогах сплошная грязь. А места, где предполагалась наша позиция, — сплошное море воды. Но уже к 9 февраля дожди прекратились, и вода быстро исчезла. К 11 февраля дороги подсохли, инженерные части ОАЭ тотчас их подсыпали….
   …13 февраля в 12 час. 10 мин. произвели запуск мишени «Рейс» для проведения союстировки и облета ЗРК С-300. Расчет РПН захватил мишень и сопровождал ее. Произвели пуск одной ракеты.
   Облет показал, что в целом здесь можно выполнять боевую задачу. Особенностью пустыни являлось то, что было очень много отражений от местности…
   …15 февраля в 19 час. 30 мин. по согласованию с учредителями выставки, мы оставили демонстрационную площадку и передислоцировали всю нашу технику на полигон.
   …17 февраля в 16 часов 3 минуты запустили две мишени «Рейс» на высоте менее 1 км на удалении 50 км с разворотом на боевой курс. Обе мишени были обнаружены обоими дивизионами и устойчиво сопровождались. Техника работала без сбоев. Расчеты выполняли свои функциональные обязанности спокойно и уверенно. При приближении мишеней к стартовой позиции на удалении 33 км приняли решение на их уничтожение и пуск ракет по головной мишени.
   На удалении от стартовой позиции 28 км и 18 км обе мишени были уничтожены. Стре.\ьба велась одним дивизионом, по каждой мишени было выпущено две ракеты. Мишени были уничтожены физически, после встречи с первыми ракетами прекратили дальнейший полет.
   После оценки результатов стрельбы по моей команде КП и оба дивизиона свернули технику, через 6,5 минуты выстроились в походную колонну и ушли с боевых позиций. Совершили марш, примерно 3 км. Затем вернулись обратно, заняли позицию и изготовились к бою за 6 минут…
   Действительно, произведенные С-300ПМУ1 на глазах у всего мира два ракетных залпа придали выставке совершенно иной смысл. Американцам, которые свой «Пэтриот» рекламировали только в виде макетов, ничего не оставалось, как дежурно улыбаться…
   На волне эйфории, возникшей после успешного показа С-300ПМУ1 в Абу-Даби, была выдвинута совершенно невероятная для рынка оружия идея о проведении показательных состязаний между С-300ПМУ1 и «Пэтриот». Однако американцы вызова не приняли. По их заявлениям, «Пэтриот» вполне проявил себя в борьбе с иракскими «Скадами» в небе над Персидским заливом, что обеспечило его приобретение на крайне выгодных для США условиях несколькими государствами. Рынок же для С-300 еще только предстояло завоевывать.
   Но первые же попытки выхода на этот рынок показали наличие стойкого интереса к этому оружию среди очень странных покупателей из США, которых значительно больше интересовали технические возможности системы, чем ее приобретение. В случае с С-300 им не было никакой возможности действовать методами, ранее опробованными для обеспечения детального знакомства с С-75, С-125 и С-200. К началу 1990-х гг. количество стран — обладателей С-300 можно было буквально пересчитать по пальцам, а об участии этой системы в каких-либо боевых действиях, где с ней можно было бы «ознакомиться» как с трофейным образцом, не стоило даже и думать. Оставался лишь единственный, но верный вариант — приобретение С-300 окольными путями.
   Однако даже после неоднократного повторения заходов с разных сторон контракт на продажу С-300 в США заключить не удалось. Как раз в это время несколько комплексов С-300ПМУ1 были приобретены на весьма выгодных коммерческих условиях Китаем. А потому американцам пришлось сменить тактику — встать на путь приобретения «трехсотки» по частям.
   В декабре 1994 г. среди тех, кто не смог отказаться от выгодных предложений, оказалась белорусская компания «Белтехэкспорт». Через нее за 6 млн. долларов был продан контейнер с аппаратурой одного из первых вариантов системы С-300ПТ-1, ранее находившийся на учебной базе Минского высшего инженерного зенитного ракетного училища. Вскоре на Украине было приобретено 18 ракет — восемь 5В55Р, восемь 5В55К и две 5В55РУД.
   Одновременно развивалась еще одна почти детективная история, связанная с поставкой С-300 за рубеж. В течение лета-осени 1994 г. некоторые компоненты С-300 были доставлены на грузовом самолете в Хорватию. В то время действовало международное эмбарго на поставки оружия в эту страну, стремящуюся отвоевывать свою независимость от Югославии. Поэтому об источнике поставок тогда не сообщалось, хотя было не так уж много мест, откуда С-300 могли доставить к хорватам через несколько границ…
   По оценкам западных специалистов, в Хорватию несколькими авиарейсами были поставлены две пусковые установки С-300 с ракетами, несколько ракет в контейнерах и различное технологическое оборудование. В то же время ни одним из военных экспертов не было отмечено поступление в Хорватию радиолокационных средств системы С-300.
   Ценные приобретения Хорватия не стала хранить в тайне от соседей-противников. Вскоре на одном из военных парадов были продемонстрированы пусковые установки С-300. Однако после парада пусковые установки вновь разместили на складах, где их неоднократно посещали военные эксперты из ряда стран, в том числе из Израиля, всерьез опасавшегося намечавшихся тогда поставок С-300 из России в страны Ближнего Востока.
   Впрочем, в последующие десять лет С-300 оказалась лишь в двух государствах «дальнего зарубежья» — в Китае и Греции.
   Непонятное появление С-300 в Хорватии спустя несколько лет стало в этой стране предметом для официального расследования. В результате появилась информация о том, что покупка Хорватией элементов системы С-300 была осуществлена через израильскую фирму «Невада трейд» от фирмы-продавца, именовавшегося в документах как «Уинсли финанс».
   В ходе расследования были высказаны предположения о том, что в процессе этой сделки израильтяне приобрели комплекс С-300 в полном составе — с радиолокаторами, ракетами и необходимым технологическим оборудованием. Однако в дальнейшем ракеты и пусковые установки были проданы Хорватии «для парадов», а радиолокаторы израильтяне оставили себе для разработки возможных мер противодействия этой системе. По-видимому, эта работа оказалась успешной: летом 2001 г. представители ВВС Израиля сообщили об успехах, достигнутых фирмой IMI в создании ложной цели ITALD, полет которой способен дезинформировать средства С-300.
   Тем временем парадные показы С-300 продолжались. В августе 1995 г. на полигоне Капустин Яр для представителей военных делегаций 11 стран были проведены показательные боевые стрельбы зенитной ракетной системой С-300ПМУ1, проведен показ военной техники ПВО.
   Для проведения этих стрельб был развернут узел разведки и целеуказания системы 83М6Е и зенитный ракетный комплекс в составе радиолокатора подсвета и наведения 30Н6Е и трех пусковых установок 5П85Т с ЗУР 48Н6Е.
   Боевые стрельбы проводились по радиоуправляемой мишени Ла-17М, имитирующей боевой беспилотный летательный аппарат, оперативно-тактической баллистической ракете 8К14, стартовавшей с удаления 70 км от ЗРК, малоразмерной баллистической ракете-мишени «Кабан», созданной на базе метеорологической ракеты МР-10. Все мишени своевременно обнаружили. Они устойчиво сопровождались средствами системы С-300ПМУ1 и были поражены ее ракетами со 100 %-ной результативностью.
   Для показа вооружения и военной техники ПВО вблизи стартовой позиции были также развернуты и автоматизированные системы боевого управления зенитной ракетной бригады «Сенеж-М1» и «Байкал-1».
   В ходе проводившихся в конце августа 1999 года в Астраханской области коалиционных учений «Боевое содружество-99» впервые решались вопросы мобильности комплексов войск ПВО. Отрабатывалась смена позиций систем противовоздушной обороны и выполнение ими боевой задачи в условиях помех. По заявлению руководителя учений Главнокомандующего ВВС России А.Корнукова, для обеспечения морально-психологической подготовки расчетов ПВО по ним «применялась» ударная авиация, «чтобы военнослужащие знали, что, если ими не будет выполнена задача, воздушный удар разрушит их позиции». Зенитные ракетные комплексы С-300ПМ помимо поражения воздушных целей наносили удары по месту прорыва предполагаемой диверсионной группы условного противника (ИТАР-ТАСС. «Известия». 27.08.1999).
   В ходе стрельб по наземным целям было показано, что боеголовки ракет с 36000 «готовых» осколков способны «накрывать» площадь более 120 тысяч квадратных метров каждая.

   После принятия на вооружение Войск ПВО страны комплексы семейства С-300П постепенно заменили устаревшие и снимавшиеся с вооружения ЗРК С-75 «Волхов» всех модификаций, многократно превосходя последний по огневым возможностям и мобильности при меньшем числе обслуживающего персонала. С увеличением числа систем С-300П в Войсках ПВО стало возможным начать переход на единый комплекс (в различных модификациях и исполнениях) и к постепенному снятию с боевого дежурства и вооружения комплексов С-75, С-125 и С-200.

Литература

   1. Альф А. «Зенитные ракеты поражают наземные цели». НВО. № 34. 1999.
   2. Альперович К.С. Ракеты вокруг Москвы.
   3. Бункин Б., Светлов В. «Фаворит «Оборонительных систем», «Военный Парад». Ноябрь-декабрь. 1997.
   4. Война во Вьетнаме. Взгляд сквозь годы.
   5. Ганин С.М. Первая отечественная зенитная ракетная система ПВО Москвы С-25 «Беркут», «Невский Бастион». № 2. 1997 г.
   6. Гальперин И., Оверчук А. Шейхи готовы платить (Но правительство не спешит получить).
   7. Дороги в космос. Под редакцией Ю.А. Мозжорина. Издательство МАИ, 1992 г.
   8. «Зенитная ракетная система «Фаворит» С-300ПМУ2». ФПГ «Оборонительные системы». Рекламный проспект.
   9. Кисунько Г. В. Запретная зона.
   10. Рекламный проспект. ФПГ «Оборонительные системы». МАКС-99.
   11. Сафонов Д. «Миллиарды в аравийских песках». «Известия» 19.03.2001.
   12. Памфилов Н. Ракета против ракет. Армейский сборник. № 12. 2000 г.
   13. Первое М. Зенитное ракетное оружие Противовоздушной обороны страны. Москва, Авиарус-XX1. 2001 г.
   14. «Продукция Московского радиотехнического завода — залог построения надежной системы ПВО в XXIвеке». Рекламный проспект МРТЗ.
   15. Птичкин С. «Наши «миражи» в пустыне (Арабские презентации российской оборонки). «Российская газета». 16.03.2001.
   16. «Управляемое боевое снаряжение». МКБ «Факел» имени П.Д.Грушина. Рекламный проспект.
   17. «Фаворит» — система противовоздушной обороны». Рекламный проспект. ЦКБ «Алмаз».
   18. Ядерные стратегические вооружения России.
   19. Лузан А. «Боевой показ вооружения ПВО». «Военный Парад». Март-апрель 1996.
   20. J. Gordon. Triumf nad Patriotem? RAPORT Wojsko Technika Obronnosc.

   Владимир Щербаков

Его величество авианосец Атомный многоцелевой авианосец «Энтерпрайз» (Enterprise)

   Продолжение.
   Начало см. в «ТиВ» № 9-11/2004 г.
   В статье использованы фото ВМС и ВВС США

Первые шаги «Энтерпрайза»

   «Энтерпрайз», которому был присвоен бортовой номер CVA(N)-65 (Carrier Vessel, Attack, Nuclear; 65 — порядковый номер в своем классе), спустили на воду 24 сентября 1960 г. Строительство атомохода велось в сухом доке, поэтому спуск на воду был осуществлен путем простого заполнения последнего водой. «Крестной матерью» корабля стала миссис Уильям Фрэнки (Mrs. William В. Franke), супруга бывшего министра ВМС Соединенных Штатов Америки. В приветственном адресе по случаю спуска на воду нового корабля адмирал Арли Берк (Arleigh Burke), занимавший тогда пост начальника военно-морских операций, так отозвался об этом атомоходе: «Новый «Энтерпрайз» — крупнейший корабль, построенный когда-либо в мире, — станет восьмым кораблем ВМС, гордо носящим это имя… То, что вы видите сегодня перед собой, — это самое совершенное достижение атомной инженерии… Проблемные вопросы, которые были успешно разрешены, и новые технологии, разработанные в ходе строительства этого корабля, отражают тот огромный вклад, который был внесен в копилку наших знаний в области использования атомной энергии в военных и гражданских целях…» А присутствовавший на церемонии министр ВМС Джон Б. Коннэли-младший (John В. Connally, Jr.) отметил, что «новый «Энтерпрайз» будет долгое время царить над океанскими просторами» (что и продолжает иметь место до сих пор).
   После спуска на воду корабль вышел в воды Атлантики на приемо-сдаточные испытания, которые продолжались шесть суток. Причем впервые в американском флоте заводские испытания и первичная приемка корабля ВМС (Navy preacceptance trials) проводились одновременно. Затем он вернулся обратно в Ньюпорт-Ньюс. При этом в ознаменование благополучного окончания приемки корабля комиссией военно-морских сил по традиции на его носу была прикреплена огромного размера метла (веник).